О КАЗАЧЕСТВЕ на Николаевщине
О КАЗАЧЕСТВЕ на Николаевщине

О КАЗАЧЕСТВЕ на Николаевщине

Сегодня ученые признают тот факт, что история Украины периода средневековья изучена крайне недостаточно. И если его ранний период — до середины XIII века — более или менее известен, то, начиная с периода становления Золотой орды, исторические события освещаются фрагментарно или искажено.

В частности, такую ​​тенденцию можно проследить на примере Северного Причерноморья. На это указывают известные николаевские исследователи Виктор Гребенников и Игорь Смирнов. А кандидат исторических наук Иван Снитко отмечает, что внимание историков и археологов концентрируется на древнем периоде. Например, в Николаевской области достаточно хорошо изучена Ольвия. А затем наступает «белое пятно», закрывающее временной отрезок до конца XVIII века. Советская официальная историография хоть и признавала, но старалась особо не распространяться по поводу того, что в Причерноморье во времена Великого княжества Литовского (ХІV — первая половина XVI века) существовали такие крепости, как Дашев (Очаков), Соколец (Вознесенск) и другие.

Замалчивался тот факт, что жило в них преимущественно украинское население. Гораздо удобнее было поддерживать утверждение, что от нашествия Батыя и до времен Потемкина здесь было «Дикое Поле», по которому кочевали татары.Более того, в советский период ученые, занимавшиеся «неправильной» историей Украины, подвергались репрессиям. Наглядный пример: известный историк и краевед Феодосий Тимофеевич Каминский, который был директором Николаевского историко-археологического музея с 1923 по 1929 годы, увлекался украинским казачеством и много времени посвятил изучению старых кладбищ и уцелевших церквей. Как следствие — его несколько раз арестовывал НКВД по сфабрикованным обвинениям.

Но одно из них все-таки соответствовало действительности — формулировалось оно как «попытка превратить николаевский музей в центр украинской культуры».Однако созданные стереотипы удивительно живучи. Их активно используют до сих пор. Так, миф о том, что цивилизация пришла в «Дикое Поле» благодаря российской империи, до сих пор очень популярен.Николаевский краевед Александр Кошматый нашел могильный крест в Ульяновке 17 века,Дальнейшие исследования показали, что на Николаевщине сохранилось немало подобных крестов, относящихся к той же эпохе. Эти находки свидетельствуют, что освоение и заселение территории, которую сейчас занимает область, началось задолго до времен Потемкина и именно запорожским казачеством. Причем имело оно масштабный характер. Каменные кресты на казацких могилах XVII века были практически на всей территории Николаевской области.

«В селе Баловное Новоодесского района зафиксирован крест, датированный 1679 годом», — рассказывает А. Кошматый.»Значительное количество поселений возникло в середине XVII века, когда в соответствии со Зборовским договором от Польши к Украины отошли земли по реке Синюха. И хотя официальное действие договора продолжалось всего несколько лет, украинское население отсюда уже не уходило, да и поляки не слишком стремились селиться на территориях, страдающих от татарских набегов», — рассказывает известный николаевский краевед Октябрина Ковалева. В этот период появились поселения-зимовники Орлик, Лысая Гора — Первомайского, Костоватое, Кривая Пустошь Братского, Баловное, Новониколаевка — Новоодесского, Привольное, Пески Баштанского, Константиновка — Арбузинского районов и десятки других.

Сейчас на Николаевщине зафиксировано 314 казачьих поселений, из них у 220 определено точное местоположение.Территория Южного Прибужья осваивается и заселяется, начиная уже с XV века. А в XVII поселения становятся многочисленными. И связаны они с запорожскими казаками. Так, вышеупомянутый крест в селе Ульяновка (старое название — Куренной Брод) стоит на могиле запорожского казака по фамилии Рубан.Поселения запорожцев были не просто сетью населенных пунктов, они входили в систему обороны от набегов кочевников. Именно поэтому имели элементы фортификационных сооружений.

Сохраненные в Южном Прибужье валы и их фрагменты свидетельствует о существовании здесь городищ-укреплений XVI-XVII веков.Система охраны границ включала в себя заставы и сторожевые посты. Они исчислялись десятками и многие были хорошо укреплены. Запорожцы также хорошо понимали важность переправ, поэтому почти рядом с каждой из них был сторожевой форпост.Прослеживается прямая связь между зимовниками запорожцев и нынешними городами и селами. Установлено, что, как минимум, 144 населенных пункта Николаевской области возникли на основе этих поселений. Среди них райцентры Новый Буг, Кривое Озеро и десятки нынешних сел. На месте зимовника появилось и село Ульяновка, где как раз был найден вышеупомянутый крест.

А как же сам Николаев? Действительно ли до Потемкина здесь было «Дикое Поле»? Конечно, нет. При слиянии Буга и Ингула была паромная переправа через Ингул, которую называли Казацкий перевоз. А по свидетельству кандидата исторических наук Владимира Рубана, на территории Судостроительного Завода (бывш.им. 61 коммунара) в 1730-х годах располагалась кузница запорожцев. На картах ХVIII века на месте нынешнего Николаева были обозначены несколько поселений запорожцев: Рушериновка, Рыбальская, Кут Хлюща, Кут Умаха, Кут Осницкий. Это уже доказанные факты.

Поделиться с друзьями